№ 2793-О Конституционный Суд РФ. Маркировка литературы

Дата: 07 декабря 2017
Регион:
Номер дела: 2793-О
Категория дела: п. 3. Осуществление религиозной организацией деятельности без указания своего официального полного наименования
Инстанция: Конституционный Суд РФ
Конфессия: Протестанты
Результат: Дело не принято
Источник: http://doc.ksrf.ru/decision/KSRFDecision305725.pdf
Тип участника процесса: Религиозная организация

Определение

Конституционного суда Российской Федерации Российской Федерации

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы религиозной организации «Религиозная христианская организация «Армия спасения» в городе Владивостоке» на нарушение конституционных прав и свобод пунктом 3 статьи 17 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» и частью 3 статьи 5.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях

город Санкт-Петербург 7 декабря 2017 года

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова, Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, О.С.Хохряковой, В.Г.Ярославцева,

заслушав заключение судьи С.М.Казанцева, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предварительное изучение жалобы религиозной организации «Религиозная христианская организация «Армия спасения» в городе Владивостоке»,

у с т а н о в и л :

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации религиозная организация «Религиозная христианская организация «Армия спасения» в городе Владивостоке» оспаривает конституционность пункта 3 статьи 17 Федерального закона от 26 сентября 1997 года № 125-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях», согласно которому литература,печатные, аудио- и видеоматериалы, выпускаемые религиозной организацией, а также распространяемые в рамках осуществления от ее имени миссионерской деятельности, должны иметь маркировку с официальным полным наименованием данной религиозной организации, а также части 3 статьи 5.26 КоАП Российской Федерации, предусматривающей наложение административного наказания в виде административного штрафа в размере от тридцати тысяч до пятидесяти тысяч рублей с конфискацией литературы, печатных, аудио- и видеоматериалов за осуществление религиозной организацией деятельности без указания своего официального полного наименования, в том числе выпуск или распространение в рамках миссионерской деятельности литературы, печатных, аудио- и видеоматериалов без маркировки с указанным наименованием или с неполной либо заведомо ложной маркировкой.

Как следует из представленных материалов, 23 ноября 2016 года в ходе проведенной прокуратурой Ленинского района города Владивостока проверки деятельности религиозной организации «Религиозная христианская организация «Армия спасения» в городе Владивостоке» в помещении организации была обнаружена религиозная литература, не имевшая маркировки с названием данной организации.

Постановлением мирового судьи судебного участка № 4 Ленинского судебного района города Владивостока Приморского края от 20 декабря 2016 года указанная религиозная организация была привлечена к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 5.26 КоАП Российской Федерации, и ей назначено административное наказание в виде штрафа в размере 30 тысяч рублей с конфискацией и уничтожением изъятой религиозной литературы. Решением судьи Ленинского районного суда города Владивостока от 30 декабря 2016 года из резолютивной части постановления исключено положение об уничтожении конфискованной религиозной литературы, в остальной части 3 постановление оставлено без изменения. Заместитель председателя Приморского краевого суда постановлением от 8 февраля 2017 года оставил состоявшиеся судебные постановления без изменения. При этом суды исходили из положения пункта 3 статьи 17 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях», предписывающего религиозным организациям маркировать распространяемую ими в рамках осуществления миссионерской деятельности религиозную литературу, т.е. указывать на ней свое полное официальное наименование. Доводы религиозной организации о том, что данная литература находилась в принадлежащем ей помещении и на момент проведения проверки ее никто не распространял, были отклонены, поскольку литература находилась в свободном доступе для всех граждан, посещающих церковь, а не только для членов организации.

По мнению заявителя, оспариваемые законоположения противоречат статьям 28 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку, возлагая на религиозные организации обязанность маркировать распространяемую ими в рамках миссионерской деятельности литературу, печатные, аудио- и видеоматериалы, необоснованно и чрезмерно ограничивают право на свободу вероисповедания в демократическом обществе, а также содержат правовую неопределенность в вопросе о том, какие именно материалы подлежат маркировке – все материалы, которые потенциально могут быть распространены религиозной организацией в рамках осуществления миссионерской деятельности, или только такие, которые непосредственно распространяются в рамках миссионерской деятельности, осуществляемой в тот момент, когда религиозной организации вменяется совершение административного правонарушения. Кроме того, заявитель полагает, что установленная частью 3 статьи 5.26 КоАП Российской Федерации санкция в виде административного штрафа с конфискацией религиозной литературы ограничивает право на свободу вероисповедания несоразмерно защищаемым общественным интересам.

2. Согласно статье 28 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется свобода совести, свобода вероисповедания, включая право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними. Этому конституционному положению корреспондируют аналогичные нормы пункта 1 статьи 18 Международного пакта о гражданских и политических правах и пункта 1 статьи 9 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

По смыслу приведенной статьи Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 13 (часть 4), 14, 19 (части 1 и 2), 29 и 30 (часть 1), свобода вероисповедания, право каждого объединяться с другими для исповедания той или иной религии предполагают возможность совершения религиозных обрядов и церемоний, распространения своих религиозных убеждений, религиозное обучение и воспитание, благотворительность, миссионерскую, подвижническую и иную деятельность, определяемую избранным вероучением, а следовательно, предполагают свободу создания религиозных объединений и свободу их деятельности на основе принципа юридического равенства, что требует урегулирования статуса религиозных объединений на законодательном уровне (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 6 декабря 2011 года № 26-П).

Не препятствуя миссионерской деятельности религиозных организаций, Конституция Российской Федерации вместе с тем – исходя из того, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (статья 17, часть 3), – предусматривает, что в Российской Федерации запрещается создание и деятельность общественных объединений, цели или действия которых направлены на разжигание социальной, расовой, национальной и религиозной розни (статья 13, часть 5), запрещаются также любые формы ограничения прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности (статья 19, часть 2), пропаганда или агитация, возбуждающие социальную, расовую, национальную 5 или религиозную ненависть и вражду, а также пропаганда социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства (статья 29, часть 2).

При этом законодатель, учитывая исторически сложившийся в России многоконфессиональный уклад, обязан соблюдать положение статьи 17 (часть 1) Конституции Российской Федерации о том, что в Российской Федерации гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. Вводимые им меры, относящиеся к миссионерской деятельности религиозных организаций, не должны искажать само существо свободы вероисповедания, права на объединение и свободы деятельности общественных объединений, а возможные ограничения, затрагивающие эти и иные конституционные права, должны быть оправданными и соразмерными конституционно значимым целям.

В демократическом обществе с присущим ему религиозным плюрализмом, как следует из статей 17 (часть 3) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации и корреспондирующих им положений пунктов 2 и 3 статьи 18 Международного пакта о гражданских и политических правах, а также пункта 2 статьи 9 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, подобного рода ограничения могут быть предусмотрены законом, если это необходимо в интересах общественного спокойствия, охраны общественного порядка, здоровья и нравственности или для защиты прав и свобод других лиц. Государство вправе установить определенные преграды, с тем чтобы не предоставлять статус религиозной организации автоматически, не допускать легализации сект, нарушающих права человека и совершающих незаконные и преступные деяния, а также воспрепятствовать миссионерской деятельности (в том числе в связи с проблемой прозелитизма), если она несовместима с уважением к свободе мысли, совести и религии других и к иным конституционным правам и свободам, а именно сопровождается предложением материальных или социальных выгод с целью вербовки новых членов в 6 церковь, неправомерным воздействием на людей, находящихся в нужде или в бедственном положении, под психологическим давлением или угрозой применения насилия и т.п. На это, в частности, обращается внимание в постановлении Европейского Парламента от 12 февраля 1996 года «О сектах в Европе» и в рекомендации Совета Европы № 1178 (1992) «О сектах и новых религиозных движениях», а также в постановлениях Европейского Суда по правам человека от 25 мая 1993 года по делу «Коккинакис (Kokkinakis) против Греции» и от 26 сентября 1996 года по делу «Мануссакис (Manoussakis) и другие против Греции», разъяснивших характер и масштаб обязательств государства, вытекающих из статьи 9 названной Конвенции (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 23 ноября 1999 года № 16- П).

3. Исходя из необходимости эффективной реализации приведенных конституционных положений с учетом характера и уровня имеющихся на современном этапе угроз государственной и общественной безопасности со стороны религиозного экстремизма и терроризма, федеральный законодатель правомочен установить не только основания, условия и порядок проведения мероприятий по борьбе с этими антисоциальными явлениями, но и комплекс мер политического, социально-экономического, информационно- пропагандистского, организационного, правового характера, которые относятся к мероприятиям общего противодействия им.

Так, в целях совершенствования правового регулирования в сфере противодействия терроризму был принят Федеральный закон от 6 июля 2016 года № 374-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О противодействии терроризму» и отдельные законодательные акты Российской Федерации в части установления дополнительных мер противодействия терроризму и обеспечения общественной безопасности», которым, в частности, Федеральный закон «О свободе совести и о религиозных объединениях» был дополнен главой III.1 «Миссионерская деятельность», определившей понятие данной деятельности как деятельности религиозного объединения, 7 направленной на распространение информации о своем вероучении среди лиц, не являющихся участниками (членами, последователями) данного религиозного объединения, в целях вовлечения указанных лиц в состав участников (членов, последователей) религиозного объединения, осуществляемой непосредственно религиозными объединениями либо уполномоченными ими гражданами и (или) юридическими лицами публично, при помощи средств массовой информации, информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» либо другими законными способами, а также регламентирующей порядок осуществления такой деятельности. Аналогичным образом миссионерская деятельность определена в Модельном законе о свободе совести, вероисповедания и религиозных объединениях (организациях) (принят постановлением Межпарламентской Ассамблеи государств – участников Содружества Независимых Государств от 28 ноября 2014 года № 41-22): согласно абзацу пятому статьи 2 названного Закона миссионерская деятельность – это деятельность лиц, осуществляемая от имени религиозной организации (объединения), направленная на распространение вероучения и увеличение числа его последователей.

Кроме того, Федеральным законом от 6 июля 2016 года № 374-ФЗ пункт 3 статьи 17 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» был дополнен положением, предписывающим, чтобы литература, печатные, аудио- и видеоматериалы, выпускаемые религиозной организацией, а также распространяемые в рамках осуществления от ее имени миссионерской деятельности, имели маркировку с официальным полным наименованием данной религиозной организации.

3.1. Согласно статье 21 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» религиозные организации могут иметь в собственности материалы религиозного назначения, необходимые для обеспечения их деятельности, и пользоваться ими как для целей богослужения, так и для иных целей, в том числе обучения. При этом обязанность религиозной организации указывать полное официальное наименование при осуществлении 8 своей деятельности, как это следует из статьи 17 «Религиозная литература и предметы религиозного назначения» данного Федерального закона, в том числе из ее названия, распространяется на издаваемую ею литературу, иную производимую печатную продукцию, аудио- и видеоматериалы религиозного содержания. Как следует из утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 31 марта 2001 года № 251 перечня, к издательской продукции, аудио- и видеоматериалам религиозного назначения относятся:

  • богослужебная литература, в том числе Священное Писание, чинопоследования, указания, ноты, служебники, требники, чиновники, канонники, минеи, а также молитвословы, религиозные календари, помянники, святцы;
  • богословские, религиозно-образовательные и религиозно- просветительские книжные издания; официальная бланковая и листовая продукция религиозных организаций, в том числе отдельные молитвы, канонические изображения, изречения, открытки и конверты религиозных организаций, патриаршие и архиерейские послания и адреса, грамоты, приглашения, дипломы духовных учебных заведений, свидетельства о совершении таинств и паломничества;
  • аудио- и видеоматериалы, иллюстрирующие вероучение и соответствующую ему практику, в том числе богослужения, религиозные обряды, церемонии и паломничество;
  • аудио- и видеоматериалы богословского и религиозно-образовательного содержания (кроме анимационных, игровых (художественных) фильмов), содержащие пособия по обучению религии и религиозному воспитанию.

Необходимость указания на выпускаемой религиозной организацией и на распространяемой от ее имени литературе, печатных, аудио- и видеоматериалах ее полного официального наименования служит целям идентификации выпускаемых и распространяемых материалов конкретной религиозной организации и конфессии в целом, препятствует введению граждан в заблуждение относительно религиозной направленности предлагаемых им для 9 ознакомления материалов и способствует обеспечению свободы выбора гражданами того или иного вероучения (религиозного учения). Кроме того, наличие на такой литературе маркировки способствует осуществлению более эффективного надзора со стороны органов государственной власти за соответствием деятельности религиозных организаций законодательству Российской Федерации, в том числе в сфере противодействия экстремизму.

Исходя из этого Конституционный Суд Российской Федерации не может рассматривать само по себе требование о маркировке печатных, аудио- и видеоматериалов как несовместимое с конституционно защищаемыми ценностями в демократическом правовом государстве, имея в виду, что в современных условиях осуществление террористической и экстремистской деятельности, прежде всего вербовка новых членов террористических и экстремистских организаций, нередко камуфлируется под миссионерскую деятельность.

Кроме того, религиозные организации имеют право производить, приобретать, экспортировать, импортировать без цели распространения в Российской Федерации религиозную литературу, печатные, аудио- и видеоматериалы и иные предметы религиозного назначения. На случаи использования литературы, печатных и иных материалов религиозной организацией, исключающие возможность миссионерской деятельности, требование о маркировке оспариваемыми положениями Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» не распространяется.

3.2. В системе действующего законодательства понятие «маркировка», используемое в статье 17 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях», означает исключительно нанесение в произвольной форме (в печатном, рукописном или ином виде) полного официального наименования данной организации на любые материалы – как выпускаемые ею, так и выпущенные иными организациями, но используемые ею при осуществлении своей миссионерской деятельности. В тех случаях, когда литература, печатные, аудио- и видеоматериалы распространяются религиозной 10 организацией в рамках миссионерской деятельности, но созданы (выпущены) иной религиозной организацией, по смыслу данной статьи в системе действующего законодательства требуется наличие двух маркировок: той религиозной организации, которая непосредственно издала литературу, произвела печатные издания, аудио- и видеоматериалы, и той, которая приобрела данные материалы для использования в своей миссионерской деятельности.

Вследствие этого маркировке подлежат литература, печатные, аудио- и видеоматериалы, которые выпускаются религиозной организацией, а также те, которые не были выпущены религиозной организацией, но распространяются в рамках осуществления от ее имени миссионерской деятельности вне мест, специально предназначенных, согласно пункту 2 статьи 241 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях», для осуществления религиозной деятельности.

Требование о маркировке религиозных материалов не аналогично требованию о маркировке продукции, подлежащей обязательному подтверждению соответствия, не затрагивает вопросы авторского права или требования к выходным данным печатных изданий.

Федеральный закон «О свободе совести и о религиозных объединениях» не содержит положений, определяющих понятие «распространение». Под распространением религиозной литературы и материалов религиозного назначения в рамках миссионерской деятельности следует понимать не только вручение данных материалов конкретным лицам, но и обеспечение свободного доступа к этой литературе и материалам неопределенного круга лиц. Аналогичное определение указанного термина содержится в Федеральном законе от 27 июля 2006 года № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» (пункты 1 и 9 статьи 2).

Вопрос о том, имелся ли в деле заявителя свободный доступ для неопределенного круга лиц в помещение, в котором находилась литература и иные печатные материалы религиозного назначения, и относится ли данное 11 помещение к числу тех, в которых миссионерская деятельность осуществляется без ограничений и дополнительных требований, является предметом судебного разбирательства по конкретному делу с установлением и исследованием фактических обстоятельств, а потому не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации.

Таким образом, пункт 3 статьи 17 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» в системе действующего правового регулирования не содержит правовой неопределенности в указанном в жалобе аспекте и не может рассматриваться как нарушающий конституционные права заявителя.

4. Федеральным законом от 6 июля 2016 года № 374-ФЗ статья 5.26 КоАП Российской Федерации была дополнена частями 3–5, которыми, в частности, введена административная ответственность религиозных организаций за осуществление деятельности, том числе выпуск или распространение в рамках миссионерской деятельности литературы, печатных, аудио- и видеоматериалов, без указания своего полного официального наименования или с неполной либо заведомо ложной маркировкой.

Размер административного штрафа, предусмотренный данным законоположением (от тридцати тысяч до пятидесяти тысяч рублей), не превышает того размера штрафа, который в качестве нижней границы санкции за административное правонарушение был признан Конституционным Судом Российской Федерации значительным для юридических лиц, в том числе некоммерческих организаций, к которым относятся и религиозные организации, и требующим от законодателя установления дополнительных мер для обеспечения индивидуализации и соразмерности административного наказания (постановления от 25 февраля 2014 года № 4-П и от 8 апреля 2014 года № 10-П), а потому не может быть признан несоразмерным для религиозных организаций и не позволяющим индивидуализировать административное наказание.

Кроме того, следует иметь в виду, что при назначении административного наказания юридическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, имущественное и финансовое положение, обстоятельства, смягчающие или отягощающие административную ответственность (часть 3 статьи 4.1 КоАП Российской Федерации); при малозначительности совершенного административного правонарушения судья, орган, должностное лицо, уполномоченное разрешить дело об административном правонарушении, могут освободить лицо (в том числе и юридическое) от административной ответственности и ограничиться устным замечанием (статья 2.9 и часть 2 статьи 2.10 КоАП Российской Федерации); судья по ходатайству лица, привлеченного к административной ответственности, вправе применить рассрочку исполнения постановления о назначении административного наказания на срок до трех месяцев (часть 2 статьи 31.5 КоАП Российской Федерации).

Установление же частью 3 статьи 5.26 КоАП Российской Федерации конфискации литературы, печатных, аудио- и видеоматериалов, выпускаемых религиозной организацией и распространяемых в рамках осуществления от ее имени миссионерской деятельности без надлежащей маркировки, в качестве обязательного дополнительного наказания направлено на предупреждение совершения религиозной организацией аналогичных правонарушений в будущем и также не может рассматриваться как необоснованное и несоразмерное ограничение прав религиозных организаций.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

о п р е д е л и л :

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы религиозной организации «Религиозная христианская организация «Армия спасения» в городе Владивостоке», поскольку она не отвечает требованиям Федерального 13 конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации

В.Д.Зорькин

№ 2793-О


Also published on Medium.

Обсуждение закрыто.